четверг, 31 марта 2016 г.

Осколки архива Марины Цветаевой

В следующем году будет праздноваться круглая дата — 125 лет со дня рождения Марины Цветаевой. Однако работа с её архивом продолжает вестись, чтобы просветить белые пятна в жизни великой поэтессы. О том, как сложилась судьба её наследия и как ведётся работа, поведала старший научный сотрудник Дома-музея Марины Цветаевой, кандидат филологических наук Елена Коркина на Московском культурном форуме в Манеже.
Книга «Летопись жизни и творчества Марины Цветаевой. Часть Первая» вышла в 2012 году и представляет собой первый отрезок жизни, от рождения до отъезда Марины Ивановны  за границу, с 1892 по 1922 годы. Сейчас ведётся работа над новыми сборниками: «Зарубежные годы» (1922-1939) и «СССР» (1939-1941) и каждый раз открываются новые неожиданные вещи, о которых рассказала Елена Коркина. Korkina Elena
Так, в Театральной библиотеке нашлись открытки, которые посылала мама Мария Александровна свое    й дочери. А в Российской Государственной Библиотеке, «Ленинке», нашёлся сборник стихов Константина Бальмонта, вышедший в издании «Скорпион» Валерия Брюсова, который был весь в карандашных пометках Марины Цветаевой. Это открывает новые факты о жизни и творчестве, но что-то остаётся неизвестным. К примеру, в каком храме крестили Марина Ивановну. Есть гипотеза, что это был Храм Святой Татианы, который сейчас находится на Большой Никитской.
После эмиграции своё имущество Цветаева оставила на попечение младшей сестры Анастасии, но после того как ту арестовали в 1933 году, многое из вещей Марины было потеряно. В частности, её обширная библиотека. По словам Елены Коркиной, эти книги всё ещё «ходят по Москве», встречаясь на аукционах, но не попадая в Музей. Основной архив, который сейчас хранится в Музее, — эмигрантское творчество, который она отправила в 1939 году  багажом на имя дочери Ариадны Эфрон. Однако багаж был остановлен советским посольством на год из-за ареста Ариадны. Он включал в себя четыре ящика с книгами два сундука с рукописями.
Чтобы поддерживать свою жизнь и носить передачи, Марина Цветаева занималась переводами, но из-за нехватки средств ей приходилось продавать часть книг из своей библиотеки. Накануне войны часть фонда разошлась по рукам. Особенно помог поэт и прозаик Серебряного века Борис Садовской. Он жил под трапезной Новодевичьего монастыря, который был использован под нужды Государственного Исторического Музея. Борис приютил фонд в своём месте жительства, хотя был парализован и лишён возможности ходить. «Цветаева доверилась месту!» — сказал Елена Коркина. Борис дожил до 1952 года, бережно храня её вещи.
В 1947 году, Ариадна Эфрон была освобождена из тюрьмы и обеспечила переезд фонда к своей сестре Елизавете. Кроме того,один сундук сохранился у Елены Левингсон — ближайшей подруги, двоюродной сестры Ариадны Инны Цветаевой.В нём под слоем газет были обнаружены многочисленные папки, открытки и книги.
Из того, что не подлежало ввозу в СССР сохранилось лишь в городе Базель (Швейцария), в частности целая пачка оттисков прозы Марины Цветаевой. Однако целый чемодан рукописей погиб. Есть возможность, что сохранился небольшой архив в Амстердаме. На этот счёт гипотезы не слишком утешительные, дом, скорее всего был взорван во время Второй мировой войны вместе с домом, в который попала бомба. Но Елена Коркина надеется на его сохранность, так как точных сведений о взрыве нет. И, возможно, мы ещё узнаем нечто новое из жизни Великого Поэта ХХ века.

Комментариев нет:

Отправить комментарий